Для взрослых Стиль Семья Философия Недвижимость Красота и Здоровье
Лучшие статьи
Загрузка...
Загрузка...
загрузка...

РАССУДОК И РАЗУМ - это... Что такое РАССУДОК И РАЗУМ?

        филос. категории, сформиро-вавшиеся в домарксистской философии и выражающие два уровня мыслит. деятельности. Различение Р. и

как двух «способностей души» намечается уже в

философии: если

— способность рассуждения — познаёт всё относительное, земное и конечное, то


Прежде всего Кант определяет рассудок, отличая его от чувственности.


"Восприимчивость нашей души, способность ее получать представления, поскольку она каким-то образом подвергается воздействию, мы будем называть чувственностью; рассудок же есть способность самостоятельно производить представления, т.е. спонтанность познания. Наша природа такова, что созерцания могут быть только чувственными, т.е. содержат в себе лишь способ, каким предметы воздействуют на нас. Способность же мыслить предмет чувственного созерцания есть рассудок. Ни одну из этих способностей нельзя предпочесть другой... Эти две способности не могут выполнять функции друг друга. Рассудок ничего не может созерцать, а чувства ничего не могут мыслить. Только из соединения их может возникнуть знание. Однако это не дает нам права смешивать долю участия каждого из них; есть все основания тщательно обособлять и отличать одну от другой. Поэтому мы отличаем эстетику, т.е. науку о правилах чувственности вообще, от логики, т.е. науки о правилах рассудка вообще". Итак, рассудок, согласно первой, в определенной степени негативной дефиниции, не есть способность созерцания, есть нечувственная способность познания. Позитивно же рассудок определяется и как спонтанность познания, и как способность мыслить.

Ум стоит выше рассудка, поскольку он дает
толкова­ние, осознает результаты его деятельности. Различающая способность
рассудка, по-видимому, имеется и у живот­ных. Но эта их способность лишена
формы, т. е. интел­лекта, а потому не дает знания. 

Таким образом, Н.
Кузанский составляет следующую лестницу человеческого познания: чувства,
рассудок, ум (или интеллект). Рассудок оформляет данные чувств, а ум стоит над
рассудком, придавая результатам его дея­тельности смысл и значение. Только
результаты деятель­ности ума являются по существу знанием.

Мысль о чувствах,
рассудке и разуме как ступенях в развитии познания содержится и у Д. Бруно.
«Исти­на, — пишет он, — заключается в чувственном объекте, как в зеркале, в
разуме — посредством аргументов и рас­суждений, в интеллекте — посредством
принципов и за­ключений, в духе — в собственной и живой форме».

Чувства возбуждают
разум. Если сравнивать их с су­дебным разбирательством, то они могут обвинять,
доно­сить, а отчасти и свидетельствовать, но истина в них не заключается
(Например, посредством чувств нельзя понять бесконечность. Как говорит Д.
Бруно, «кто желает познавать бесконечность посред­ством чувств, подобен тому,
кто пожелал бы видеть очами субстан­цию и сущность»). Разум выдвигает
аргументы, строит рас­суждения, и интеллект доходит до познания принципов, в
частности до совпадения противоположностей. Разли­чив способности человеческого
познания, Д. Бруно уста­навливает между ними определенную субординацию, ин­теллект
подчиняет разум, а разум чувства (Сам Бруно следующим образом упорядочивает познаватель­ные
силы: «.. .ближайшая последующая всегда обладает сродством с ближайшей
предыдущей и путем обращения к той, которую она поддерживает, идет, усиливаясь,
против более низкой, которую по­давляет (так разум путем обращения к интеллекту
не соблазнен или не побежден известием или восприятием и чувственным аффектом,
но скорее сообразно законам интеллекта стремится победить и ис­править
аффект)...» (Д. Бруно. О героическом энтузиазме. М., 1953, стр. 93).

Таким образом,
Аристотель, Н. Кузанский и Д. Бруно поставили вопрос не только о качественном
своеобразии мышления по отношению к чувствам, но и о расчленении самого
мышления на отдельные, также качественно свое­образные моменты, выясняя функцию
каждого из них в достижении истины. Эти моменты по-разному ими обо­значались:
пассивный и активный разум у Аристотеля, рассудок и интеллект у Н. Кузанского,
разум и интеллект у Д. Бруно, но общим для них является установление различия
между расчленяющей, регистрирующей и описы­вающей результаты опыта
деятельностью мышления и постижением с его помощью внутренней сущности объ­екта,
форм его целенаправленного изменения.

В последующем в
немецкой классической философии эти две функции в процессе мышления стали
обозначаться одна как рассудок, другая как разум. В философии Кан­та и Гегеля
разделение мышления на рассудочное и ра­зумное нашло дальнейшее обоснование и
получило тол­кование, соответствующее принципам их философии.

Заметим. Когда мы решаем, как сказать на человека. По нашей голове, пробегают мимо-лётные шарики.

Итак:

Таким образом, всякое человеческое знание начинается благодаря чувствам, переходит затем к рассудку и заканчивается в разуме, который представляет собой высшую инстанцию для обработки материала наглядных представлений и «для подведения его под высшее единство мышления». С разумом немецкий философ связывает абстрактно-теоретическое мышление, раскрывающее сущность объектов, внутренние законы их развития.

Все человеческое знание, согласно И.Канту, носит ограниченный характер. Человек способен познавать явления, но его разум не в состоянии охватить то, что лежит за пределами опыта - вещи в себе. Ни ощущения нашей чувственности, ни понятия и суждения нашего рассудка не могут дать никакого достоверного знания о вещах в себе. Мир явлений и мир вещей в себе - таковы, по учению И.Канта, реальности, к которым сводится все существующее.

С одной стороны, И.Кант утверждает, что явления имеют основание в чем- то другом, что должно быть принципиально отличаемо от явлений. «Ведь в противном случае,- пишет он,- мы пришли бы к бессмысленному утверждению, будто явление существует без того, что является». Поэтому явления и вещи в себе предполагают друг друга.

Шаг 1: Восприятие как получение впечатлений. Восприятие доразумно, это еще не разум, но это уже сложное действие. Это не просто получение абы каких впечатлений, это преобразование их в форму, пригодную для сличения (с образом того, что мы ожидаем увидеть на столе).

Дикарь, который никогда не видел письменного стола, не сможет понять, что на столе беспорядок. Ему надо вообще научиться узнавать столы, затем письменные столы, затем создать себе хотя бы самое общее понятие о том, чем может быть порядок на столе… Сможет воспринимать нечто как "порядок" либо "беспорядок" - есть возможность сличать впечатление с образом ожидания.

Действительными «противоположностями» в обменном про­цессе выступают две «меновые стоимости» и две «потребительные стоимо­сти». Это видели и К. Маркс, и Ф. Энгельс, поскольку в «Капитале» четко указано, что «товары уходят как меновые стоимости» (одна, сходящаяся, пара противоположностей. – Ю. Р.), «а приходят как потребительные стоимости» (другая, расходящаяся, пара противоположностей. – Ю. Р.). Однако свое понима­ние данного процесса как суперпозиции двух пар противоположностей, обу­словливающих энергетику социального процесса, ни К. Маркс, ни Ф. Энгельс и никто другой не сумели зафиксировать в адекватных конкретно-всеобщих понятиях, обусловливающих многообразие природных и социальных ритмов.

Поэтому диалектика К.Маркса это всего лишь намек на конкретно-всеобщий метод познания, который в корне отличается от абстрактно-всеобщего донаучного и даже от логического гегелевского метода. В учении К. Маркса восхождение от абстрактного к конкретному надо воспринимать не иначе как переход от абстрактно-всеобщей гегелевской диалектики к конкретно-науч-ной ее форме.

Так какую же из двух принципиально различающихся форм диалектики: абстрактно-всеобщую гегелевскую диалектику или конкретно-научную диалектику «Капитала» – следует считать марксистской?

В целом же «понимание» особой, диалектической логики «Капитала» остается до сих пор ограниченным, и не только абстрактно-всеобщими измышлениями в духе трех гегелевских законов, но и в корне неверными рассуждениями о диалектическом противоречии как источнике движения и развития. Мы же, ограничивая абстрактно-всеобщий способ диалектического мышления сферой рассудка (абстрактного разума), вынуждены признать, что К. Маркс правильно ориентировал свое мышление в русле конкретной диа­лектики. Поэтому вслед за Марксом будем исследовать социальные процессы в духе использованного им конкретно-научного диалектического метода мышления, избегая при этом допущенных им просчетов.

  5. Общество как процесс: коперникианская парадигма истории

Для разумного осмысления общественных процессов, про-веденного по образу и подобию естественных наук, мы будем использовать конкретно-всеобщий диалектический метод, основные категории которого представлены в универсальной парадигме сравнительными понятиями.

Прежде всего рассмотрим понятие ортогонального как той «клеточ­ки», которая позволяет осмысливать любые циклические или обменные про­цессы, осмысление которых мы находим, например, в теории социального обмена Дж. Хоманса, П. Блау и др. Причем с новых объективных позиций можно осмысливать не только отношения буржуазного общества, не только отношения между конкретными людьми на уровне микросоциальных процессов, но и более широкий макросоциальный спектр общественных отношений, положенных в осмысление формационного членения истории. На этой основе удалось выделить не одну, как это сделал К. Маркс, а четыре связанные между собой, но принципиально различающиеся формы социального обмена. Две из них принудительные, а две другие – свободные.

Св. Каллист Катафигиот: «Одно дело созерцать, другое – размышлять. Ум сначала созерцает, а потом разнообразно мыслит… Ум должен научиться молчать, должен оголиться. Тогда он обретает чувство тайного, сверхразумного и божественного» [6, с. 885, 888].

Преподобный Иоанн Дамаскин: «Разумному существу принадлежат две способности – созерцательная (qewrhtikOn) и деятельная (praktikOn). Созерцательная способность постигает природу сущего, деятельная же обдумывает поступки и определяет для них правильную меру. Созерцательную способность называют умом (noan), деятельную же – разумом (lOgon); созерцательную способность называют также мудростью (sof…an), деятельную же – благоразумием (frOnhsin)» [5, с. 109].

Итак, обобщая сказанное, можно заключить, что в святоотеческой традиции широко распространено четкое различение духовно-созерцательной и интеллектуально-рассудочной способности человека, что выразилось в употреблении слов «ум» (νοῦς), «разум» (lOgoj) и «рассудок» (diOnoia). Это очень важное антропологическое различение, но в данном вопросе имеется терминологическая расплывчатость, которую необходимо учитывать. В большинстве случаев у святых отцов слово «рассудок» (diOnoia) обозначает способность рассуждать, мышление, указывает на разумную силу души. Слово «ум» (νοῦς) чаще всего указывает на дух или созерцательную способность человека. А слово «разум» (lOgoj) может ассоциироваться и с одним, и с другим словом. Каково же его подлинное значение? Из приведенных свидетельств видно, что сближение, а порой и отождествление у святых отцов слов «ум» и «разум» обусловлено тем, что они относятся к одной и той же части человеческой природы – духу, и их различие  связано со способом реализации ума. Если ум обращен к созерцанию духовного мира и Бога, то он всегда именуется словом «ум» (νοῦς), ибо в этом случае его деятельность прямо соответствует божественному замыслу о нем, через эту деятельность человек обретает божественные откровения и определенное познание сущностей тварного мира, что есть истинная мудрость. Если же ум обращается к рассуждениям, построению понятий, диалогизирует, то он именуется разумом и плодом его являются знания о видимом мире. Разум – это рассуждающий ум.

, согласно которому только диалектическое мышление разумно, имеет известный

»; он указывал также что «... диалектическое мышление... имеет своей предпосылкой

природы самих понятий...»

.


Согласно Канту, естествознание (вопреки представлениям примитивной теории отражения) есть широчайшее приведение в действие творческого потенциала человеческой чувственности, но в особенности — творческих возможностей человеческого рассудка. Если, скажем, в обычном человеческом познании спонтанно, как бы вместе с использованием языка совершаются процессы обобщения, перехода от образов и схем к понятиям, то в естествознании это нужно делать в принципе сознательно и целенаправленно. В обыденной жизни творчество сознания "дается" нам как великий дар природы и истории, а в естествознании творчество нужно осуществляет ежедневно и ежечасно, коли естествоиспытатель хочет получить новаторские результаты. Но если естествознание требует мобилизации творческой способности суждения, творческой способности воображения, то оно уже предполагает особую работу над опытом. Математика и естествознание в отличие от обыденного познания не просто пользуются формами пространства и времени как внедренными в нашу чувственность, а специально их исследуют. Естествоиспытатели и математики ничего не могут сказать о пространстве и времени прежде, чем они научатся их фиксировать, измерять, исследовать, объективировать и т.д.


Кант здесь, в контексте анализа рассудка, очень мало говорит об искусстве. Но позднее он напишет специально третью из своих «Критик» — «Критику способности суждения». Способность суждения, которая здесь, в учении о рассудке, повернута к обычной жизнедеятельности сознания и к науке, там будет исследована еще в одной важнейшей ее ипостаси: Кант обратится к "суждению вкуса", которое стоит у истоков искусства и, по сути дела, вписано в само искусство. Но третья «Критика» посвящена не только искусству. Там продолжается исследование очень важных общечеловеческих способностей, а именно: ставить цели и преследовать, реализовывать их, т.е. способность целеполагания, соответствующая целесообразности.

(голосов:0)
Похожие статьи:

Культура народов и государств, отражая степень материального и духовного овладения природой или уровень развития производительных сил, является наиболее емким показателем научно-технической и социальной зрелости общественно-экономической формации.

Она служит не только мерилом соответствия уровня общественного развития мировой цивилизации, но и прогнозом его перспективы, предпосылкой будущей общественной культуры.


Связь философии и медицины.

Основные разделы философии и функции философского знания.

Философия как тип мировоззрения.

Понятие мировоззрения, его структура и основные типы.

ЛЕКЦИЯ №1.

РАЗДЕЛ 1. ФИЛОСОФИЯ В ИСТОРИЧЕСКОЙ ДИНАМИКЕ КУЛЬТУРЫ

ТЕМА: Философия как феномен культуры


Вопрос №1

Лучший ответ

на томизм (

, Оккам) стремилась в противовес этому заострить

С. и его несоизмеримость с сущностью [ср. введенную Дунсом Скотом категорию индивидуально-экзистенциальной "этости" (

), к-рая подчеркнуто не сводима к сущностной "чтойности"]. Выявившийся в ср.-век. спорах о С. контраст двух мировоззренч. стилей – присущей реализму установки на спекулятивно-общее и присущей номинализму установки на эмпирически-частное – получил свое дальнейшее


Комментарии к статье В чем различие разума и рассудка:
Загрузка...
loading...


2015-2016